Эта пятнадцатая студийная пластинка возвращает слушателя к тому самобытному, мрачному музыкальному языку, который сделал творчество Tricky мгновенно узнаваемым еще со времен Maxinquaye его великолепного дебютного альбома 1995 года.
Изящное физическое издание, передающее необузданные эмоции, темные текстуры и футуристические грани самого личного альбома Адама Ламберта на сегодняшний день.