Как обычно, Россия созрела для триумфального приезда Sonic Youth тогда, когда музыканты уже на закате карьеры и готовятся спокойно почивать на лаврах первооткрывателей нойза, который дал толчок к появлению гранжа, инди, построка. Да почти всего того актуального, что мы слышим в рок-музыке за последние 20 лет.
Совсем иначе все было в далеком 1989 году, когда они впервые приехали в Москву и Питер. На концерты пришло несколько десятков зрителей, которые попросту освистали основоположников. Тогда, впрочем, их влияние на рок-музыку было совсем неочевидным. И только время расставило все по местам.
За прошедшие годы Sonic Youth сумели не повторить судьбу непризнанных при жизни гениев типа Joy Division, а удачно сконвертировали свою страсть к индустриальным шумам в славу и деньги. Первый же альбом Confusion Is Sex произвел фурор. Панк-рок 80-х, выдохшийся и обуржуазившийся, вдруг обрел свежий порох в своих пороховницах. Атональные гитары, шумы, трески, нарочито грязное сведение - все это стало глотком живительного воздуха. Именно Sonic Youth вывели на большую сцену Nirvana. Сами же оставаясь первопроходцами, экспериментаторами – в том числе и по объему вкраплений поп-рока в свои нойзовые симфонии. Покровительство MTV в период альбома Dirty (1992) дало им широкую аудиторию, недоступную для обычного панк-андеграунда. С тех пор они собирают огромные залы и умело компилируют шумовой авангард с обычным рок-саундом. Проблему золотого сечения они решили самостоятельно. На концертах умело дозируется нойз и все то, за то они стали основоположниками гранжа, выдается дозами в гомеопатическом количестве. Отчего выглядит еще рельефнее и эффектнее.
Нынешний приезд формально связан с представлением последнего альбома Rather Ripped (2006), так что зрители клуба «Б1 Максимум» услышали сразу семь песен из него – Incinerate, Reena, What A Waste, Do You Believe in Rapture, Turquoise Boy, Jams Run Free и Pink Stream. Только первая из них, пожалуй, относится к приблизительному разряду «хитов», но послушать актуальное звучание нынешнего Sonic Youth собрался полный клуб.
После неудачного разогрева в виде «Мои ракеты вверх» и «Ночного проспекта», игравших вяло и безо всякого драйва, первые же аккорды Sonic Youth показали место мастера. Ким Гордон вышла в коротком платьице собственного производства, и очень быстро стало понятно, для чего тут платьице. Ким так лихо отплясывала во время песен, кружась как матрешка, что весь танцпартер тут же принялся прыгать ей в такт. Упомянутое дозирование проявилось так. Знаменитый нойз проявился только с третьей песни Candle из самого успешного альбома Daydream Nation (1988). Тут пошли перетекания из минора в мажор и обратно на гитарном перегруженном звуке. И немедленно начался слэм в танцпартере. На пятой по счету Hey Joni лидер группы Турстон Мур принялся елозить грифом по близстоящей металлической опоре. Ба, да это старый добрый Sonic Youth!
Музыканты за время концерта успели показать едва ли не весь арсенал подобных приемов. То Турстон, то Ли используют для гитарного глиссандо барабанные палочки. Турстон, добившись от гитары грязного фидбэка с комбиком, бросает гитару на него – затихать самостоятельно и хватает новую гитару из своего внушительного арсенала. Уже седой Ли Раналдо степенно водит по гитарным струнам смычком, наслаждаясь шершавыми обертонами, а подкладкой звучит радиотрансляция по-русски – какой-то обычный бред о «применении новых компьютерных технологий»… У Sonic Youth мощный басовый драйв, ведь в большинстве композиций работает сразу две бас-гитары. Штатный басист грамотно играет «традиционный инди-рок», а Ким предпочитает извлекать из баса разнообразные шумы. На Pink Steam широко улыбающийся Турстон Мур, расслышав скандирование толпы «Со-ник-юс!», в ответку кидает в зал скандирование «Mo-os-cow!» Прошел ровно час концерта, и музыканты ушли передохнуть.
Собственно, с бисов и началась самая интересная часть концерта. Kool Thing из альбома Goo (1990) звучит завораживающе технично. Ли, вдоволь поизвлекав странных звуков, протягивает гитару в зал – мол, теперь вы подергайте за струны. Зрители выдергивают гитару из рук Ли, и технику с трудом удается спасти ее. В свою очередь, Ким протягивает в зал свой микрофон:
I don't wanna
I don't think so
Совсем не мелодичные в общепринятом смысле песни Sonic Youth зал поет хором. Турстон Мур берет бас-гитару, заводная Shaking Hell рассыпается на пульсирующие волны: «Shake! Shake!»
Второй бис начался с The World Looks Red; как и предыдущая композиция, она тоже из самого первого альбома Confusion is Sex (1983). Старые хиты ощутимо оригинальнее новых, надо признать. А с визуальной точки зрения очень забавно наблюдать, как Турстон Мур одновременно поет и водит барабанными палочками по струнам. Чем-то в эти моменты он похож на шамана.
А между тем, Ли уже колдует над 12-струнной гитарой. Колдует своеобразно – стучит по струнам кулаком, барабанит по корпусу… Сама гитара явно настроена отнюдь не привычным строем, поэтому отзывается утробным гулом и, пройдя сквозь многочисленные примочки, скорее надсадно кашляет и чихает.
Апофеозом шумового мастерства Sonic Youth, несомненно, стала заключительная тягучая восьмиминутная Expressway to Yr. Skull. Одна из вершин творчества группы, выбранная на финал шоу, словно сконцентрировала все лучшее и утонченное в звуковой палитре Sonic Youth. Тягучие фидбэки сразу от всех гитар на сцене, переплетающиеся в истошный колокольный звон. Ли мучает струны отверткой, после начинает колошматить с размаху по струнам подаренной фанатами мягкой игрушкой, бьет еще и еще, пока от нее не отрывается голова. И мягкая тушка медвежонка на самой коде Expressway победоносно летит в зал.
Sonic Youth символично растерзала русских медведей. Группа взяла Москву.
Гуру КЕН, для деловой газеты "Взгляд"
Фото - Светлана МАЛЬЦЕВА, Foto.NEWSmusic.ru
